№628

Я отдала сердце «Сильмариллиону» и мысли — «Песни льда и пламени». Но если вы спросите меня о том, кто мой любимый автор, я не назову ни Толкина и ни Мартина. Я скажу: это Чак Паланик.

Я прочла столько его книг, что кажется: я узнала бы его текст среди многих других. Из трёх моих амплуа в играх одно вобрало в себя всё, что он дал мне. Его книги спасали меня в худшие времена и всякий раз дарили вдохновение, которое я не могла объяснить. Я могу взять любую из них — и на выходе получу бонус-пакет эксклюзивного вдохновения, которого нигде больше не достать.

Никогда не могла понять, почему мне нравится его читать. Или почему его книги меня вдохновляют. Вы можете назвать тысячу предположений — и ни одно из них не будет верным. В конце концов, однажды мне просто расхотелось искать объяснение и размышлять об этом. Но сегодня я наткнулась на его текст, в котором он даёт советы начинающим писателям, и это объяснило мне многое. Не спрашивая ни о чём, я получила ответы на все свои вопросы.

Знаете, так неловко иногда читать автора, рассказывающего, в чём секрет его популярности. То есть, он может говорить правильные вещи и по делу. Что-то вроде «я просто хотел показать всем этот мир, что образовался у меня в голове». Или «мне хотелось держать читателя в постоянном напряжении». Или «я решил сломать стереотипы о (подставьте название жанра)». Загвоздка лишь в том, что в это не верится хотя бы потому, что до него теми же словами об этом рассказывали миллионы других. И всё оказывается слишком просто. И выходит, что ты знал обо всём ещё до того, как автор сам рассказал тебе.

Суть моей приверженности к Паланику была неясна мне, пока он сам не показал, как это работает. Вообще, единственное, что всегда было понятно мне в том, почему меня таращит от его книг — это его открытость и искренность. Во всём. И в тексте тоже. Он не церемонится по типу «я и сам не знаю, в чём дело». Он не старается ничего приукрашивать. Он раскрывает всем свои карты и предлагает козыри любому желающему. Это подкупает. Так я, никогда не отличавшаяся кристальной честностью, всегда склонявшаяся к фарсу и манипуляции, схватила приманку в виде того, чего никогда не имела. Это потряснее самых неожиданных сюжетных поворотов.

Я не перестану его читать. Мне достаточно того, что я наверняка знаю: в каждый следующий раз всё будет совсем иначе. Не так, как было до этого. И это вдохновение, которое нигде больше не найдёшь.

Комментариев: 5

№627

Учительница Эулалия Гуарески проснулась в подавленном настроении.
Неделю назад она вскрыла первую упаковку перчаток и надела первую марлевую повязку. За неделю лодыри-школьники не в состоянии выучить даже строения клетки, не говоря уже о классификации живых организмов. В городе произошли разительные перемены. Слухи об эпидемии, ещё неделю назад казавшиеся всего лишь слухами, стали реальностью. Смерть, казавшаяся тем, что случается со всеми, но не с тобой, подобралась вплотную. В свежем номере «Утреннего Триеста» написали о возобновлении работы крематория Рисьера ди Сан-Сабба, где теперь сжигали тела умерших. Триест охватили беспорядки на почве межнациональной розни. Трамваи выкрасили в чёрный и приспособили их для транспортировки трупов, чтобы хоть немного разгрузить санитарную службу. Аптеки оцепили военные. Туда было не пробиться, хотя толпы испуганных горожан продолжали расти, несмотря на предупреждения властей об опасности массовых сборищ.
Неделю назад школу закрыли на карантин, и учительница Гуарески предпочитала оставаться дома, покидая квартиру лишь для того, чтобы выйти в соседний газетный киоск или пополнить запасы продуктов. Продукты выдавали по талонам из тех запасов провизии, что сбрасывали с воздуха ВВС США. Эулалия Гуарески не боялась голода — ей, брошенной родителями на произвол судьбы, приходилось знавать всякое.
Ещё неделю назад она считала себя одинокой, приходя по улицам, заполненным людьми, в свою пустую квартиру, где ждал её Дуче. Но нет, она не знала, что такое истинное одиночество. Когда там, где всегда собирались горожане, ни души. Когда опустела хорватская пивная. Когда соседи избегают встреч и не хотят делиться новостями, боясь заразиться.
Неделю назад Дуче укусила крыса. Учительница Гуарески, как и прежде, вышвырнула крысу с балкона, заранее надев на руки резиновые перчатки. Кажется, он всё ещё в порядке. По крайней мере, ночью сквозь сон она слышала его обычные ночные вопли откуда-то из-за балконной двери. Несмотря на тёплую погоду, дверь теперь никогда не держалась ею открытой, а кот выпускался погулять на балкон трижды в день и на ночь. Она оставила для него там миски с едой и водой. Ей не хватало его шершавого языка в предутренние часы, но та крыса… «Да, Дуче, несомненно, в порядке… — подумала про себя Эулалия. — Он орал всю ночь».
— Дуче, мой мальчик, идём завтракать, — она встала с постели, надела халат и вышла на балкон.
Дуче был мёртв.

Комментариев: 0

№626

— Слышали о парне, который жил в бочке? Как думаете, он видел галлюцинации? И какие они были?
Он подёргал себя за кулон в виде скрипки, висящий на шее.
— Старики в нашем краю говорят, что реальность приобретает цвет стекла, сквозь которое на неё смотришь. Могу представить, каким видел мир тот несчастный, хе-хе.
Он усмехнулся и отпил ещё пива.
— Вас интересуют галлюцинации? Знаете, что такое пейотль?
Недельная небритость скрывала нижнюю половину шрама, протянувшегося от виска к нижней челюсти. Верхняя доказывала, что всё в мире имеет второе дно. Тайник, в котором хранится ключ к разгадке.
— … ключ к разгадке, — проговорил он, выковыривая грязь из-под ногтей. — Вы что-то сказали? Сейчас я допью пиво и пойду. Кстати, слышали о парне, которого пырнули ножом за то, что он рассказывал байки, в которые все верили?
Он почесал подбородок.
— Я хочу сказать, всё дело было в том, что они позволяли дурачить себя. А не в том, что тот парень говорил неправду.

Комментариев: 0

№625

Меня опять накрывает тоска по Мюнхену. Или по тому времени. Или по тем, кто был там со мной. Или по той мне. На нашей станции метро на противоположной перрону стороне висел рекламный постер со словами «schön dass du hier bist». Я всегда принимала их на свой счёт, и они повторялись в моих мыслях словно мантра всё время, что я была там. Тот город принял меня как свою. Хотя, пожалуй, он каждого принял бы как своего, и нет в мире человека, кто почувствовал бы себя там чужим. Я не была в Нью-Йорке и из-за боязни перелётов вряд ли когда-нибудь там окажусь, поэтому Мюнхен для меня — это как столица мира. Мегаполис и большая деревня. Чужой и свой. Сейчас мне не верится, что то была я. Я не помню себя там. Да и люди, которые там наполняли меня жизнью, вспоминаются теперь лишь как смутные образы, даже если помню их до мельчайших подробностей. Воспоминания ранят, но с этим ничего не поделать, ведь расставаться с ними ещё больнее. Время ушло, годы разлетелись как сухие листья. Я стала другой, но не изменилась в одном: я всё ещё не научилась не жить в прошлом.

Комментариев: 0

№624

У меня много детей: больших и малых, живых и мёртвых. Но больше всех них я люблю тебя. Потому что ты — не человек. Потому что ты — такой, какой никогда не стать мне. Потому что ты — всё лучшее, что есть во мне. И чего нет.

Комментариев: 13

№623

Прошло время, и всё вернулось к прежнему укладу. Всё, что сейчас живёт во мне — досада. Это единственное чувство, которое осталось у меня в качестве реакции на случившееся. Я утешаю себя тем, что многие, кто пережил подобное, находились в более угнетающих обстоятельствах, но они пережили это и не отчаялись.

Никто не отнимал у меня моих шансов на успех. И я не говорила, что мне не страшно. Мне страшно, что я не смогу. Мне страшно, что, даже если я смогу, всё повторится. Но это не значит, что я откажусь от того, к чему стремлюсь. Нет, это не я.

Мне хотелось бы прочитать что-то уровня «Призраков», но у ЧП ничего подобного не осталось, а лезть в незнакомые дебри не хочу и не буду. Я дочитаю Лавкрафта, потом «Мабиногион», а потом вернусь к одной из любимейших книг моей жизни, и да придаст она мне сил и вдохновения.

Комментариев: 0

#622

Иногда, когда чего-то очень боишься, нужно, чтобы однажды это случилось с тобой. Чтобы преодолеть страх и больше не бояться. Даже если не так — просто чтобы немного привыкнуть и понять, с чем имеешь дело.

Когда очень боишься, что случится что-то плохое, и интуитивно чувствуешь, что всё будет именно так, всё, что тебе остаётся — надеяться на лучшее. Переживания изматывают, а надежда — это как защитная реакция психики, она даёт силы ждать дня, когда всё решится. И потом, когда случается то самое плохое, которого ты боялся и которое предчувствовал, внутри нет места ни страху, ни печали — тебя наполняет облегчение. Грусть, тоска, пустота, возможно, придут позже, но с ними не нужно иметь дела, ибо нет никакого толка жалеть себя, когда можно постараться обо всем забыть и идти дальше. 

Мне хотелось бы, чтобы написанное было лишь  графоманским псевдооткровением, полным дутого пафоса, но увы. 

Если вам показалось, что от написанного веет депрессняком… Вам показалось. Сие диктует: мало что в этом мире стоит того, чтобы наматывать сопли на кулак и замыкаться в себе. Жалеть себя и ждать утешений — себе же во вред. Теперь я это понимаю, да.

Комментариев: 0

№616

Был карнавал.
Я находился в Местре. Мы ехали туда вместе, но по пути ей вздумалось дать оценку моим действиям. Которые её не касаются.
Я влепил ей пощёчину, остановил машину и попросил её выйти. Не знаю, что она подумала. Это было лучшим, на что она могла тогда рассчитывать.
Она вышла, не сказав ни слова. Это её дело. Она могла бы извиниться, и я позволил бы ей остаться. Но она этого не сделала. Она просто ушла — и чёрт с ней.
Франческа… Её тонкая кожа. Её сладкая кровь. Её губы — как два маленьких стейка.
Уверен, никто не знал её такой, какой знал её я. Беззащитной. Задыхающейся. Страстной. Красивой, как Мадонна.
Я вспоминаю наши ночи, что были много веков назад. Я помню, как она плакала: от счастья вновь обретённой жизни, в экстазе, в любви ко мне. Я помню, как она улыбалась. Увы, она больше не улыбается. Так.
Франческа...
Это так просто — быть холодным расчётливым монстром. Я сам сделал её такой.
«Это не страшно. Потерпи ещё — и ты увидишь».
Она истекала кровавым потом, проводя ритуалы в нижней часовне. Она слышала вой мертвецов и видела призраков. Она теряла витэ, а я просил её потерпеть.
Мстительная маленькая сучка. Она предала меня.
Я отрекусь от неё завтра. В Мавзолее. Перед Семьёй.
Ты разбудила во мне Зверя, Франческа. Я хотел бы выпить тебя всю без остатка, но это слишком просто. Я дарую тебе свободу, о которой ты грезила веками — и ты узнаешь, какова её цена.
Будь ты проклята.

— Франческо Джованни?
— Да, это я.
— У нас есть новости о Вашей сестре. Прошедшей ночью в книжной лавке истинного бруха, что в районе церкви Сан-Поло, состоялось побоище. Ваша сестра оказалась там случайно по делам Семьи и была убита взбесившейся носферату.


Франческа...
Твои глаза — тёмные, как ночь, и бездонные, как смерть.
Твои руки, приносящие исцеление.
Твои поцелуи — словно призыв к бегству.

— Убийство одной из Джованни? В Венеции? Вы понимаете, что это должно значить?!
— Кровавая охота уже объявлена. Вы можете присоединиться.

Я хотел проклясть тебя, но у меня не вышло.
Я хотел даровать тебе свободу, но смерть опередила меня.
Я хотел испить тебя всю, чтобы ты была моей вечно, но мне никогда больше тебя не увидеть.
Покойся с миром, Франческа.
Настал мой черёд мстить.

Комментариев: 0

#621

Дорога до нужного ему места в городе казалась неестественно долгой. Горячее пыльное пространство сужалось и расширялось — то приближая цель, то вновь отдаляя её. Пабло Тортуга медленно тащился вдоль дороги, с двух сторон объятой зелёным океаном кукурузных полей. Было жарко. Он не пил с утра, но всё равно продолжал потеть.

— У этой дороги вообще есть конец? Только не начинайте эту вашу песню про реальность без краёв. Кого в наше время этим удивишь? Вы думаете, что говорите о Боге. Что, если я скажу вам, что говорю с ним самим?

Он прокашлялся и вытер пот со лба рукавом куртки.

— Вы считаете себя умным человеком. Ваша правда, вы получили образование. Только послушайте: если вам кажется, что вы лучше меня — отправляйтесь в могилу. Там вы поймёте, что мир прогнил насквозь.

Он остановился и присел, чтобы передохнуть, и провёл рукой по растрескавшейся от жары дороге.

— Жизнь, — продолжил он, — это просто земля, горстка пыли. И больше ничего. Она ничего не стоит.

Он растянулся прямо там, где сидел, закрыл лицо ладонью и стал смотреть в небо сквозь раздвинутые пальцы.

— Мир прогнил насквозь, — сказал он. — Как и все мы. Неудивительно, что яйцеголовые на нас косятся. Они видят, что наш кусок Вселенной обречён. Самое время оттяпать его себе. Но вы не отчаивайтесь...

Он вытянул руку вверх, к небу.

— Избавитель уже поднимается. Он придёт и даст нам ещё один шанс не облажаться. Это случится скоро.

Комментариев: 0

#620

Люди, вы сами себе противоречите. 

Вы возмущаетесь пропагандой гомосексуализма и их камин аутами, ибо это фу и противоестественно, таким образом неприкрыто выступая за жизнь по законам природы. Что же дальше? 

А дальше вы нещадно потешаетесь над естественным желанием миллионов людей иметь детей, высмеивая его и позволяя себе оскорбительные высказывания в адрес родителей. Вы пропагандируете беспечную бездетную жизнь в этих ваших интернетах, заявляя о том, что рождение детей эту жизнь портит и лучше щенков завести. Кошки — это тоже фу, они рвут обои и вообще. Но я не об этом. Я о том, что не понимаю, схренали вы ратуете за естественность в одном и пропагандируете отказ от другого самого что ни на есть естественного? Это называется двойными стандартами и наводит на мысль о том, что добрая половина из вас — идиоты, а другая, типа, идёт против системы. Ха, ха и ещё раз ха. 

Да, я считаю, что рождение детей портит жизнь лишь тех, кто сам по определению убог и не способен пораскинуть мозгами перед трахом. Самодостаточные, если вы не хотите детей, не рожайте по залёту, чтобы потом не вещать о своей испорченной жизни. Свою жизнь вы портите сами. Зачем трогать тех, кто хочет рожать и воспитывать,  а не делать сраную карьеру, чтобы что-то доказать вам? 

Делайте свой выбор и уважайте выбор других. Это относится и к детям, и к гомосексуалистам, и к кошкам. 

У меня всё. 

Комментариев: 5
Страницы: 1 2 3 4 5